Zapiski Russkago naučnago instituta vъ Bѣlgradѣ
66
требуютъ съ излишняго побору, и т5мъ излишествомъ крестьянство въ нищету пригоняютъ; и который крестьянинъ станетъ мало-мало посытЪе быть, то на него и подати прибавятъ. И за такимъ ихъ порядкомъ крестьянинъ никогда у такого помфщика обогатиться не можетъ: крестьянину да не давай обрости, но стриги его какъ овцу догола. И тако творя царство пустошатъ: понеже такъ и обираютъ, что у иного и козы не оставляютъ. Оть таковыя нужды домы свои оставляютъ, и бЪгутъ иные въ понизовыя мЪФста, иные же и въ украинныя, а иные — въ зарубежныя; тако чужя страны населяютъ, а свои пусту оставляютъ. А что бы до того помЪщику дла, что крестьяне богатБютъ, лишь бы онъ пашни не запустилъ; хотя бы у него и не одна тысяча рублевъ была, только бы не воровалъ и безъявочно не торговалъ; что крестьяне богаты, того и честь помфщику“ (стр. 182—59).
Почему же помфщики не берегутъ крестьянъ? А потому, что „крЪстьянамъ помфщики не вЪковые владЪфльцы; того ради они не весьма ихъ и берегутъ, а прямой ихъ влад$тель всероссйськ! самодержецъ, а они владфють временно“ (стр. 183). Воть для того чтобы охранить крестьянъ отъ временныхъ владфльцевь и долженъ вм5шаться владЪлецъ вЪчный. „И того ради не надлежитъь ихъь помЪфщикамъ разорять, но надлежитъ ихъ царскимъ указомъ хранить, чтобы крестьяне крестьянами были прямыми, а не нищими; понеже крестьянское богатство — богатство царственное“ (стр. 188). Въ чемъ же должна выражаться царская охрана? „И того ради мнится мнЪ: лучше и помфщикамъ учинить расположене указное по чему имъ съ крестьянъ оброку и иного чего имать, и по колику дней въ недЪлю на помфщика своего работать и иного какого сдфлья сдФлать, чтобы имъ сносно было государеву подать и помЪщику заплатить, а себя прокормить безъ нужды. Того судьямъ весьма надлежитъ смотрЪть, чтобы помфщики на крестьянъ излишняго сверхъ указу ничего не накладывали, и въ нищету ихъ не приводили“ (стр. 183-—4). Если же „кой пом5щикъ будетъ на крестьянъ своихъ налегать и наложить сверхъ указного числа или излишнюю работу наложить“, то надо по суду „у такого помфщика тЪхъ крестьянъ отнять на государя и земли“ (тоже отнять), „на что самый ядовитый помфщикъ сократитъ себя и крестьянъ разорять не станетъ“.
Что касается конкретной мБры по упорядочению обложенй, то Посошковъ предлагаетъ установить новую окладную единицу — „дворъ“. Это не тотъ дворъ — искусственная, условная единица обложеня, которая принята была до введеня подушной подати. Посошковъ считаетъ такую форму обложения несправедливой. Что такое дворъ, спрашиваетъ онъ: „ворота да городьба“, или „дымъ избный“? Неясность