Zapiski Russkago naučnago instituta vъ Bѣlgradѣ
264
ЛЪло отъ нея и что на опытЪ доказало свою жизнеспособность. Въ этомъ смыслЪ донынЪ дЪйствующее во Франщи гражданское уложене Наполеона является типичнымъ актомъ реставраши. Такимъ образомъ каждая настоящая реставращя это своего рода творческая эволющЯя, для которой, по выраженю Лейбница, настоящее обременено прошедшимъ и чревато будущимъ. Въ этомь смыслЪ Констанъ, питавший отвращен!е къ револющямъ вообще, „потому что ему была дорога свобода“ "'), уподобивший въ частности французскую революцщю кораблекрушен!ю, послЪ котораго море покрыто обломками ®°), но вм5стЬ съ тмъ не одобрявшИИ нападокъ на трехцвЪтный флагъ *3), включавший и револющю въ прошлое и въ этомъ смыслЪ утверждавш!й „мы желаемъ защищать настоящее и память прошлаго, потому что настоящее это надежда“ ®*), былъ человЪкьъ реставращи, тогда какъ, напримЪръ, Бональдъ не былъ таковымъ.
Констанъ поставиль себЪ задачею содЪйствовать реставраши двухъ началъ, столь простыхъ, что они кажутся даже банальными: что невозможно уничтожить вфрованшя и что личная свобода есть благо. Что касается вЪрованй, онъ не прославлялъь въ пышныхъ выраженяхъ ‚„геня христанства“, какъ это дБлаль Шатобр!анъ. Онъ не шумБлъ, выкрикивая „слова вБрующаго“, какъ это дБлаль Ламенэ. Онъ не сочинялъ „новаго христ!анства“, какъ Сенъ Симонъ, не изобрЪталъ искусственной „религи чзловЪ чества“, какъ Контъ. Онъ не становился въ позищю пророка, реформатора, пропов5лника, клерикала или даже просто „практикующаго“, какъ говорятъ французь, сына церкви. Онъ поставиль себЪ болБе скромную и болБе научную задачу: анализъ религ!ознаго феномена и его значения. Богословъ сказалъ бы, что его занимала только П4ез аица сте@Циг, т. е. субъективная сторона вЪры, и что осталась внЪ его вниманя Нез дцае сгеайцг, т. е. объективная сторона вЪры, или откровеше. И онъ пришелъ къ заключен!ю, которое даетъ намъ основан видЪть въ немъ французскаго Шлейермахера: „религя находится въ глубинЪ души всЪхъ“ °°), „религ1озное чувство присуще на` шей природЪ“ *°) „человЪкъ релимозенъ, потому что онъ человЪкъ“ *7). Если такой, такъ сказать, теотропизмъ присущь человЪку, то, значитъ, нельзя лишать его права на в$ру. И Констанъ пропов$дуетъ свободу культовъ какъ „единственно разумную и соотв тствующую принципамъ м5ру по отношеню къ релими“ *°). Посему „въ каждую эпоху мы требуемъ религ!озную свободу, неограниченную, безконечную, личную“ “°).
Это требован!е вынесено Констаномъ на основан!и историческаго изученя релимй, которому посвящены пятитомное изслЪдован!е „Релимя со стороны ея источника, формъ и