Bosniя, Gercegovina i Staraя Serbiя
— 517 жинскаго игумна и старцевъ его Гассанъ-бегъ всячески ободрялъ ничего не бояться со стороны Али-паши, обѣщая что, если Али-паша нагрянетъ на нихъ, то онъ соберетъ христіанъ и Турокъ со всего Требпнья, помѣряется съ пашею и отстоитъ монаховъ съ ихъ монастыремъ. Паша хорошо зналъ, что это такъ бы и сталося, а потому не сдѣлалъ шагу изъ Мостара, да къ тому же онъ былъ увѣренъ , что затѣй онъ только войну съ кѣмъ-нибудь, такъ противъ него сейчасъ возстанетъ вся Герцеговина. Въ монастырѣ Дужахъ одинъ только и былъ хорошій колоколъ , и висѣлъ онъ на дворѣ монастырскомъ, на миндальномъ деревѣ; по наговору своего племянника казначея Акибега Ресѵлбеговича Требиньскаго (онъ теперь мудиромъ въ Требиньѣ), паша написалъ игумену Дужскому такъ: «Отъ меня, непобѣдимаго Али-паша Ризванбеговича, визиря Герцеговинскаго, къ тебѣ, игуменъ Парѳеній Петровичъ, и ко всѣмъ твоимъ калугерамъ, въ монастырь Дужи. Колоколъ, что виситъ у васъ на дворѣ, внести немедленно въ церковь, потому что Турецкая вѣра не дозволяетъ слушать колокольнаго звона. Ръ случаѣ ослушанія, пошлю моего миралая съ 300 всадниковъ, и вы всѣ будете побиты, а монастырь сравняется съ землею.» Перепугались старцы, прочитавши такія угрозы, и внесли свой колоколъ со двора въ церковь. Тамъ онъ и до сихъ поръ. Много земли по Бунѣ отнялъ Али-паша и у Турокъ; инымъ онъ еще заплатилъ кое-что, а другимъ такъ не далъ ровно ничего. Тутъ построилъ онъ лѣтніе увеселительные дворцы. Въ Стольцѣ молнія ударила въ пороховой магазинъ, и большая часть крѣпости, и множество домовъ взлетѣли на воздухъ. Паша возобновилъ крѣпость и увеличилъ ее вдвое въ длину и ширину. Ниже крѣпости, въ полѣ, на рѣкѣ Брегавѣ, началъ тоже строить огромные дома; но ему не удалось докончить ихъ; они, по смерти его, покривились, да такъ и теперь стоятъ. По Габеллѣ, Невесиню и по другимъ мѣстамъ онъ также отнималъ